Но у того, кого смерть задела крылом, отметила своей печатью, появляется множество глаз, и он видит смерть всеми глазами. Левитану было немногим за тридцать, когда он узнал о своей неизлечимой болезни сердца. На сей раз в излюбленном Плесе он появляется ошеломленный ужасом обреченности. Меланхолик по темпераменту, он и вовсе отдается смертной тоске, примечая вокруг себя прежде всего приметы «вечного покоя». В минуты невыносимого одиночества он пишет молоденькой Елене Карзинкиной, любимой ученице Поленова: «За лесом... серая вода и серые люди, серая жизнь, не нужно ничего... Все донкихотство, хотя, как всякое донкихотство, оно и благородно, ну а дальше что? Вечность, грозная вечность, в которой потонули поколения и потонут еще... Какой ужас, какой страх». Из подобного состояния есть радикальный выход: достаточно сделать лишь одно резкое движение – и не будет страха, не будет адского пламени в сердце, потому что оно остановится. Так ушел Фет. А Левитан все бродил по окрестностям Плеса, не находя себе места. В минуты просветления он создавал вот это полотно – «Над вечным покоем» –

Далее читайте:
http://club-vozrojdenie.ru/publ/83-1-0-729